От авторов

В начале было рождение в поезде 17 марта 1938 года, первые годы в переездах семьи по необъятной России за отцом-военным, голод и холод эвакуации, «три семьи в одной девятиметровой комнате», «шестимесячные зимы в Уфе без света и почти без еды». Осознание «себя в мире, корчившемся в муках апокалипсиса».

Спасением была музыка.

«Единственным источником музыки для нас было радио. … Я просиживал возле него неподвижно часами, слушая музыку, любую музыку. Я знал только, что с ее помощью могу вырваться из комнаты с ее десятью обитателями, спастись от собственного детского одиночества. С самого начала я видел в музыке друга, религию, путь к лучшей доле. Тогда я и не предполагал, что вскоре музыка породит единственную страсть, переполняющую мою жизнь – танец».

Щедро одарив его невероятным талантом танцовщика, актера и музыканта, Господь для исполнения своего великого замысла не поскупился добавить к этому понимание своего предназначения и железную волю, видение далекой цели и упорство в таком непростом ее достижении.

«Мне претят жесткие рамки, я изо всех сил стараюсь найти новые возможности, развить разные стороны моей натуры, открыть, в чем состоит ее сущность. Поэтому я не вернулся в Россию. Я чувствовал настоятельную потребность разбить окружавшую меня скорлупу, искать, пробовать, исследовать. Я хочу, подобно слепому, попробовать на ощупь все, что меня окружает. … Я хочу иметь возможность работать повсюду – в Нью-Йорке, Париже, Лондоне, Токио и, разумеется, самом, на мой вкус, прекрасном из театров – сине-серебряном Кировском в Ленинграде. Мне двадцать четыре года. Я не желаю, чтобы кто-то решал за меня мое будущее, определял, в каком направлении мне «следует» развиваться. Я попробую дойти до этого самостоятельно. Вот что я понимаю под словом «свобода».

Но в 1961 году в нашей стране под словом «свобода» понималось другое.
Это означало потерять маму без надежды увидеть ее когда-нибудь вновь.
Потерять родных, друзей, привычный распорядок дня, любимого учителя, первую труппу, любимую сцену, ориентиры и ощущение твердой земли под ногами.
Взамен приобрести боль вечной разлуки и страх за оставшихся далеко родных и за свою жизнь и свободу.
Остаться одному в абсолютно чужом и пока непонятном мире с 50 франками в кармане, без вещей и документов, перед полной неизвестностью.
В 23 года.

«Мне требовалось время, чтобы найти силы, - силы спокойно жить в Европе и перестать прислушиваться к знакомым голосам, звавшим меня домой, в страну, которую я все еще любил; силы терпеливо дожидаться дня, который оправдает мое решение; наконец, силы компенсировать утрату уникальной подготовки и дисциплины Кировского…».

Рудольф Нуреев стремительно взлетел к славе лучшего танцовщика мира, пропагандируя славу и величие русской балетной школы. Его партнерство с блистательной Марго Фонтейн привлекало в ряды балетоманов тысячи абсолютно далеких прежде от балета людей по всему миру. Он принес на лучшие мировые сцены возрождение балетной классики. Многие молодые труппы благодаря сотрудничеству с ним получили необходимую рекламу и долгожданные средства, талантливые танцовщики – шанс показать себя минуя строгую балетную иерархию.

А советская родина, не в силах воспрепятствовать оглушительному успеху бывшего подданного, привычно солгала в 1963 году в паре-тройке газетных заметок, что «презренный изменник Родины», «самый дерзкий дезертир» «деградирует как танцовщик», что «интерес к перебежчику начал угасать».
Он был заочно осужден и приговорен к 7 годам лишения свободы за измену Родине.
И вычеркнут из памяти соотечественников на долгих 30 лет.

Лишь спустя пять лет и девять с половиной месяцев после смерти Рудольфа Нуреева Генпрокуратура отменила решение судебной коллегии по уголовным делам Ленинграда. Как следует изучив уголовное дело № 50888, сотрудники прокуратуры пришли к выводу: Нуреев не предавал Родину и не выдавал государственные и военные тайны. Нуреев Рудольф Хамитович реабилитирован Генеральной прокуратурой РФ на основании п.а ст. 3 Закона РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» от 18 октября 1991 года».

Не хочется больше писать здесь о том и о тех, кто назвал его «предателем», лишил мамы и родины, а нас — чуда его гения, счастья сопричастности, гордости за великого соотечественника. Они давно канули в небытие. Бог им судья.

Не хочется писать и о тех, кто теперь спекулирует на великом имени и наводняет страницы газет, журналов, Интернет бесчисленными статьями и статейками, «исследованиями» и «биографиями», списанными друг с друга словно под копирку подобно эффекту «испорченного телефона», с добавлением  отсебятины и собственных эротических фантазий.

Мы хотим в меру наших скромных сил попытаться защитить имя человека, который уже  не может  сделать этого сам.

Мы мечтаем, чтобы настоящий Рудольф Нуреев наконец вернулся в Россию правдой воспоминаний друзей и близких, немеркнущим магическим обаянием гения, со всеми его противоречиями, всемирной ослепительной славой и каждодневным изматывающим трудом на грани самоуничтожения, любовью и счастьем, тоской и одиночеством.

Мы надеемся,  что наш сайт будет способствовать этому возвращению.

В статье были использованы цитаты из «Автобиографии» Рудольфа Нуреева.

«Лауренсия». Фрондосо. 1958.
Автор: Е. Лесов.

«Если Сизова и Соловьев, прежде чем выступить в центральных партиях, прошли хорошую школу в кардебалете, отдельных сольных ролях, то Рудольф Нуреев сразу занял положние ведущего солиста. Дебютом в партии Фрондосо многообещающе и празднично начался его актерский путь. Стройный, как подросток, и такой же угловатый, порывистый, Нуреев привольно себя чувствует в виртуозном танце. Его темперамент необуздан. Прыжок рассекает воздух. Пластика, стихийная и гибкая, подчас неожиданно расцвечивает знакомый рисунок партии. В этой стихийности таланта есть прирожденный артистизм, есть свое обаяние, но в ней же и самая уязвимая черта Нуреева. Об этом немало писалось...»

Источник: В. Чистякова «О дерзании, воле и любви к искусству. Заметки о молодежи балета ».
(«Смена», 25 марта 1961 г. )

«Первый дебют в театре! Для каждого актера это большое событие в жизни. Нурееву особенно повезло — его выводила на сцену выдающаяся балерина Н. М. Дудинская. Такое содружество многое дает, но и ко многому обязывает. Безупречная танцовщица, необычайно строгая к себе, она так же требовательная и к своему партнеру.

Многое было сложно для Нуреева в первой роли. Нужно было не только станцевать, но и воплотить на сцене героический образ испанского крестьянина, передать не только его чувства, характер, но и национальный колорит его образа.

Партия Фрондосо, одна из самых сложных и самых танцевальных партий балетного репертуара, оказалась молодому танцовщику по плечу и сразу же получила общее признание. Темпераментные танцы, великолепно поставленные Вахтангом Чабукиани, он исполняет с удивительной легкостью и блеском, свободно преодолевая огромные технические трудности. Кульминацией балета явилась виртуозная вариация второго акта — это был настоящий каскад прыжков и туров, исполненных в ошеломляющем темпе».

Источник: В. Прохорова «Солнце в крови». («Театральная жизнь», № 8, 1960 г. )